Юрий ЁЛОХОВ: «Закон делает ГЧП более прозрачным»

дата публикации: 03.11.2015 10:05

О перспективах  применения Закона и необходимости закрепления правил по государственно-частному партнёрству рассказал первый заместитель председателя комитета краевого Законодательного Собрания по экономике и налогам Юрий Ёлохов. 

В этом году депутатами Законодательного Собрания Пермского края был принят закон об основах государственно-частного партнерства. Вслед за ним был принят федеральный закон. 

- Юрий Георгиевич, сегодня в рейтинге регионов РФ Пермский край находится на 14 месте по количеству применения проектов государственно-частного партнерства. Считаете что это хороший результат?

- Это только лишь рейтинг, составленный ассоциацией участников ГЧП, организацией, которая создала центр развития таких партнерств, это не документ Минэкономразвития. Пермский край, согласно данному рейтингу, находится в группе регионов с высоким уровнем развития ГЧП - в рейтинге 2014-15 годов занял 14 место из 85 регионов. В тоже время регион не поменял позицию по сравнению предыдущим рейтингом. Тогда как Тульская область поднялась за год на 25 пунктов, а Ульяновская область - 60 пунктов. Соседи – Удмуртия на 9 пунктов. Наши экономически более развитые соседи - Свердловская область на 8 месте, Нижегородская область - на 5 месте.

- Всё-таки сотрудничество с бизнесом в нашем регионе можно считать успешным?

- Исходя из Инвестиционного портала Пермского края, заключен ряд концессионных соглашений в муниципалитетах в отношении объектов ЖКХ: водоснабжения и водоотведения, теплоснабжения, концессия с «Новогором-Прикамье».

Когда весной депутаты запросили у краевого Правительства информацию о реестре соглашений о государственно-частном партнерстве, нам предоставили данные только о двух таких проектах. Это сотрудничество края с ОАО РЖД по строительству транспортно-пересадочного узла на базе Перми- 2, для которого создана совместная компания «Развитие вокзалов-Пермь». Второе: взаимовыгодное сотрудничество с «ЛУКОЙЛ-Пермь». При этом ни одно из них не является ГЧП в классическом понимании.

Более того, появилась информация о том, что из проекта по транспортно-пересадочному узлу намеревается выйти РЖД. Что это за партнерство, в котором один участник может без штрафных санкций не выполнить обязательства и выйти? С этим необходимо разбираться.

Также позже была представлена информация о соглашениях, заключенных между Пермским краем и хозяйствующими субъектами, в том числе, с «Газпромом».

Есть еще продекларированный проект – сотрудничество с «Эко-системой» о создании комплексной системы обращения с отходами. В рамках ГЧП компания намерена построить на территории Прикамья пять современных полигонов, семь мусоросортировочных комплексов и 21 мусороперегрузочную станцию.

- В чем вы видите минус этих проектов?

- В их непрозрачности. Водоканал, я не знаю, были ли там другие претенденты? Я не видел документов о конкурсе на участие в концессии.

Или, например, соглашение с «Эко-системой». Каким образом было заключено соглашение? На тот момент механизма «частной инициативы» не было, т.е. для заключения соглашения о ГЧП (в форме концессии или иной форме) было необходимо подготовить конкурсную документацию по отбору частного партнера, разместить объявление на портале, выбрать исходя из предложений наилучший результат. Информации о данном соглашении в открытом доступе нет.

Новое законодательство делает процедуры отбора частного партнера, без всякого сомнения, более прозрачными.

- Есть ли примеры эффективного применения ГЧП в Пермском крае, или других регионах России?

- Если говорить о ГЧП в классическом понимании, то до настоящего момента реализация таких проектов в нашем регионе возможна только в форме концессии. Или контракта жизненного цикла, но это уже ближе к госзакупкам. Упущены возможности применения других форм ГЧП, например, модели «строительство-владение-аренда-передача», когда частный партнер за счет собственных или привлеченных средств строит объект и передает его в аренду государству за, так называемые, арендно-выкупные платежи.

Мне нравится идея, которая была реализована в Астрахани. Частный инвестор построил порядка 30 детских садов. Объем инвестиций составил порядка 3 млрд руб. Проект был реализован в рамках Гражданского кодекса и регионального закона о ГЧП. Была применена такая схема: муниципалитет возвращает бизнесмену деньги в течении оговоренного периода времени с учетом процентов, на которые бизнесмен кредитовался.О чем бы я мечтал, чтобы инвестор не только строил детский сад, но и обслуживал его в течение определенного периода времени. Бизнесмену при этом должна выделяться сумма из бюджета на облуживание сада, такая же, как муниципальному. Это стимулирует бизнесмена строить качественно, потому что все недоделки придется самому же и исправлять. Но он будет получать гарантированные выплаты от муниципалитета, и если толково построит – дополнительную прибыль. Это стабильный бизнес на несколько лет. В Санкт-Петербурге примерно по такой же схеме построены две школы и три детсада.

- Что сдерживает развитие ГЧП в нашем регионе?

Система управления ГЧП у нас не выстроена так четко, как в том же Санкт-Петербурге, который является лидером по ГЧП. Все понятно и прозрачно: инициатор проекта готовит концепцию проекта, первичный отбор проектов проводит комитет по инвестициям, затем проект рассматривается на межведомственной комиссии, которая принимает решение о целесообразности реализации проекта. Как эта процедура проходит в Пермском крае?

Роль институтов развития у нас вроде бы выполняют «Корпорация развития Пермского края» и Агентство по инвестициям. Однако, например, проектом по концессии нового Чусовского моста занимается Министерство транспорта. Практика регионов показывает, что эффективнее поручить подготовку и сопровождение проектов ГЧП одной структуре – институту развития ГЧП – вместо того, чтобы каждый орган исполнительной власти занимался этим своими силами.

Кроме этого, в Перми не создана площадка для обсуждения, коммуникативная площадка, на базе которой велось бы обсуждение возможности реализации того или иного проекта и его целесообразности с учетом мнений экспертного сообщества и частных компаний.

И уже сейчас у депутатов есть вопросы к этому проекту: зачем строить две развязки? Я хотел бы увидеть прозрачную цену стоимости моста. Потому что в проекте планируется участие федерального, краевого бюджетов плюс частные инвестиции. Но не получилось бы так что публичная сторона заплатит за 95% моста, а инвестор вложит всего 5% и будет еще дополнительно получать что то сверху в виде платы за проезд по мосту.

- Принятый на федеральном уровне летом этого года закон о ГЧП может стать стимулом для развития сотрудничества с бизнесом?

- Закон декларирует: граждане инвесторы, такая возможность может быть. В федеральном законе прописано то, чтобы сотрудничество не уходило в коррупцию. Применение ГЧП повышает эффективность затрат госбюджета, в том числе за счет повышения эффективности управления объектом и распределением по времени затрат госбюджета.Я серьезно подумываю что этот механизм можно реализовать в моем округе, например, Верещагино или Карагае, где очень нужен детский сад.

- Долгое время депутаты заксобрания разрабатывали законопроект о применении ГЧП в Прикамье. Совпадает ли политика федерального центра с региональной? Или в результате принятия федерального закона придется серьезно корректировать планы?

- Требуется корректировка регионального закона, создание региональной нормативной правовой базы, к 1 января 2016 года, к моменту вступления ФЗ в силу, региональная нормативно-правовая база должна быть готова.

Основные отличия в том, что перечень объектов ГЧП ограничен. В частности строительство дорог и эксплуатация объектов ЖКХ по новому закону может быть отдана частному инвестору только по концессии. Федеральный закон подробно детализировал порядок проведения конкурса. Также добавлен пункт о частной инициативе, когда инвестор может взять на себя пред проектную подготовку. Это плюс, но этот момент пока нельзя считать окончательно урегулированным. В случае, если инвестор предложил и разработал проект, который позже был выставлен на конкурс, появились другие претенденты, поощрение разработчику проекта не предусмотрено, никаких преимуществ он не имеет. Бизнесмену, вложившему деньги в разработку, надо бы их как-то вернуть. Или предоставить преимущество. Этот вопрос пока не урегулирован, и многое остается пока только на словах.

Но закон это точно движение вперед. Нет у меня денег, чтобы реализовать такой проект Верещагинском районе. Но, может быть, я часть денег найду, чтобы ему выплачивать таким вот образом. Причем еще посчитать в каждом районе есть хотя бы один садик, который содержится безобразно, где вовремя не сделали крышу и из-за этого нужно ремонтировать весь садик. Частный инвестор такого не допустит точно.

- Как соблюсти баланс интересов государства и бизнеса в рамках ГЧП? Всегда при привлечении частных инвестиций встает вопрос о защите госсобственности, как по вашему мнению можно обезопасить государство? И как в таком случае заинтересовать бизнес?

- Возьмем для примера строительство аэропорта. Тот вариант, который был реализован в Пермском крае – это «лжеГЧП». Если бы в данном случае был реализован вариант концессии, то есть классической, признанной в мировой практике формы ГЧП, было бы более понятно. Взяли бы объект на 50 лет, сделали что должны, а мы вас контролируем. Другой вариант- покупка аэропорта. По моим понятиям, цена аэропорта составляет не менее 3,5 млрд руб.

Основная наша претензия к правительству – это слишком непрозрачная, кривая схема продажи акций аэропорта. На наши претензии по поводу непрозрачности процедуры, правительство высказывало опасения, что инвестор может купить объект, но не построить. Но вы представляете: купить задорого землю и ничего там не построить? Аэропорт- монополист: стоянки и другая инфраструктура сейчас платные для пассажиров. Ежегодная прибыль аэропорта составляет порядка 150 млн в год. Понимая, что купив аэропорт за 3-5 млрд руб. можно получать не 150 млн руб. прибыли, а например 500 млн руб. инвестор бы стал строить очень быстро. Потому что это возможность вернуть вложенные деньги. Сейчас получается, что мы продали аэропорт за 1,5 млрд руб. Причем эти деньги в бюджет поступят в течении трех лет. Контроль остался только через Корпорацию развития Пермского края. На Корпорации часть финансовых и строительных рисков, при банкротстве есть вероятность того, что Корпорация может нести ответственность по обязательствам аэропорта, возможность блокирования наиболее важных решений, но не оперативный контроль. Сложная схема поступления денег в бюджет. Это не классическое ГЧП, совершенно точно.

- Какие направления ГЧП в Пермском крае вы считаете перспективными?

- Я бы запустил строительство детских садов и школ в рамках ГЧП, я думаю, что это перспективно. Необходимо определить список объектов, по которым мы готовы заключить ГЧП. Этот список необходимо должным образом оформить и выставить на публичную площадку. По каждому объекту отдельно публичная сторона может вести переговоры с потенциальными инвесторами, затем объявлять конкурсные процедуры. Или эти объекты могут стать чьей-то частной инициативой.

Только необходимо разобраться, что сейчас в строительствепроисходит. По последним данным, перечень капстроительства в Пермском крае исполнен только на 13%. Более того, вновь поступило предложение этот перечень поменять. Перечень отклонили именно потому что сначала мы придумали одни объекты, потом правительство доказало что эти объекты нам нужны, а потом с тем же порывом доказывали необходимость других проектов. Если проекты будут предлагаться по ГЧП, нужны будут жесткие гарантии инвестору.»

Вернуться в начало раздела